С этой горой мы еще не знакомы

Конкурсы проекта Страна Экологических троп

с этой горой мы еще не знакомы

Перевод контекст "Мы еще не знакомы" c русский на английский от Reverso Context: Пока ты не ответила, мы еще не знакомы, и я буду очень. Выбор слитного или раздельного написания слова "незнакомы" или "не знакомы" сделаем, выяснив его В этой компании мы ни с кем еще не знакомы. В сочетании с "ещё" не/знакомы может писаться и слитно, и раздельно. Слитное написание встречается и в школьных учебниках.

Вот здесь можно было разгуляться ой-ой-ой. Лишь маленькие горочки из камней каким-то образом должны были намекать на ориентиры правильной тропинки. Ко всему прочему на гору опускался конкретный туман с видимостью не более 10 метров. Поэтому главным указателем дороги стали gps-навигаторы и смартфоны.

К этому времени наша группа растянулась на километры. Я был в числе замыкающих 7 человек во главе с Женьком. По факту все мы семеро отставших - были наименее подготовленными из. Ни раций, ни gps-навигаторов - лишь какое-то подобие gps ориентира было в часах Жени. Но это скорее была бутафория - невнятная полоска на циферблате, которая постоянно сбивалась. Как бы то ни было, мы не спеша в своем темпе поднимались, иногда останавливаясь насладиться тишиной и безмятежностью.

Успевали даже включать медитации Deva Premal для усиления эффекта единения с горой.

  • Поход, который изменил нас всех
  • Гербарий как искусство

Тем временем с набором высоты туман и встречный ветер все усиливался. Шли уже совсем не по основной тропе, а где-то с краю обходя гору по снегу. Понять, что мы на вершине можно было только исходя из соответствующей таблички - кругом было белым бело. Впечатляли тяжеленные щит и меч - кто-то ведь их сюда притащил, черт возьми! По идее такая погода на вершине явно соответствовала о нежелании горы позволять сей заход на.

Гора Кучук-Енышар - Гора Волошина

У нас же был жесткий график и на следующий день нас ждал переход через Кар-Кар, далее Манарага и. Поэтому хотя бы для галочки, но зайти мы решили именно. Тем не менее мы были на горе не одни. Те же сектанты в полном составе аккуратно паровозиком поднялись практически в полном составе - вот что значит слаженные командные действия. Встретили даже ту самую пару из поезда, когда садились в Кирове.

Спуск с вершины оказался не менее сложным, чем подъем - шли буквально на ощупь, ориентируясь лишь по gps-часам Жени. До сих пор не понимаю, зачем мы занялись самодеятельностью вместо того, чтобы спокойно идти за остальным людом, за теми же сектантами, которые ориентировались явно лучше. Буквально сразу мы начали двигаться правее основного маршрута и потихоньку опускались в противоположную часть от горы.

Наш лагерь условно был с левой стороны подножия горы, мы же неосознанно спускались в правую часть горы к голубому озеру. Этому еще способствовал отличный снежный уклон, по которому мы с удовольствием скользили как на санках.

Таким нехитрым образом мы оказались прилично ниже основной тропы, находясь при этом значительно правее. Снежный уклон, как назло все не заканчивался. Чтобы не съехать совсем вниз в долину, которая нам совсем была не нужна - приходилось сохранять горизонтальный ход и буквально вгрызаться в снег ботинками и палками. Иначе рискуешь поехать вниз или еще того хуже - сорваться кубарем. В какой-то момент уклон оказался просто непотребным, под 30 градусов. Как сказал Пашка Лебедев - финишный спурт на Ама Даблам был менее резким, а ведь там были кошки, страховки и пр!

Мы стали перед выбором - или возвращаться таким же макаром обратно, либо пройти считанные 20 метров до курумника, чтобы по нему уже карабкаться вверх… Женя двигался впереди группы, тщательно выдалбливая каждый шаг в снежной поверхности. Чтобы мы следом шли по этим выемкам. Подобный экстрим был настолько неожиданен, что я с перепугу специально запечатлел его, сняв соответствующее видео, где очень четко виден градус уклона: Но мозги почему-то совсем не хотели думать об возможной опасности - для меня этот поход был сродни развлечению, поэтому я и к текущей ситуации относился как к прикольному маршруту, который буду потом вспоминать.

Ладно, я дурак, но почему более опытные и ответственные ребята типа Жени с Пашкой Лебедевым не подумали о чреватости этого маршрута - вопрос. Конечно, я допускаю, что при внимательной и аккуратной работе ног и рук двигаться по этому склону. Пашка Смагин, находясь совсем рядом, пытается подхватить Даню и тормозя палками пытается остановить падение.

Но все оказывается бесполезно, палки гнутся и через доли секунды они уже кубарем катятся, набирая скорость прямо у меня на глазах. Таким тандемом через метров ударяются об огромный камень, подпрыгивают на нем и падают в небольшое ущелье сразу за ним… К своему стыду, мне даже в этот момент казалось, что они сейчас поднимутся и мы продолжим путь.

Настолько у всех было хорошее настроение, и я упрямо отказывался верить в жесткость полученных травм… Спуститься к ребятам оказалось совсем непросто - каждый шаг вниз приходилось делать с максимальной осторожностью, чтобы также не полететь. Первым спустился Пашка Лебедев и осторожно звал нас к. Женя в истерике сначала расплакался, потом резко собрался и начал оказывать первую медицинскую помощь. Когда я спустился к ребятам, то просто офигел, пытаясь щипать себя за все места, чтобы проснуться; настолько ситуация казалась невозможной и нереальной.

У Дани была серьезная дыра прямо во лбу и он в бреду стонал, не понимая, где он и что. Первый осмотр показал, что у Пашки ушиб головы и сломана тазовая кость, а у Дани жесточайший сотряс… С собой у нас не было никаких медикаментов и, несмотря на все врачебные навыки Жени, он просто не мог их применить.

Нужно было срочно рвать в лагерь за медикаментами и начинать спасательную операцию.

Перевод "Мы еще не знакомы" на английский

Даня был реально очень плох, продолжая стонать и сходить с ума. Женю оставляем с ребятами, а сами чуть ли не бегом двигаемся за подмогой. Надо сказать, что место падения было по истине жутким. К нему было крайне сложно и подобраться и отползти вверх. Более того, в подступающей мгле мы тупо не могли опознать это место - настолько не ориентировались в пространстве.

Как оказалось, это место находится в 2,5!! То есть путь к месту трагедии заключался в первоначальном подъеме на середину горы, а затем спуск в сторону голубого озера. Добравшись до лагеря на озере Бублик, сбивчиво рассказываем о происшествии остальной группе, которая уже часа проводила в ожидании.

Я до сих пор находился в состоянии шока, не понимая даже примерно, что сейчас делать. Одно было понятно - надо срочно двигаться обратно. Сумбурно закидываем в рюкзаки спальные мешки, еду, медикаменты, палатку и много чего. Берем с собой весла, чтобы сделать носилки и срываемся обратно на гору. Параллельно звоним по всем нашим двум спутниковым телефонам во все возможные спасательные службы.

Связь работает еле-еле и единственно, что понятно: В лагере остается только Гари в качестве начальника штаба и ответственного за связь с землей. Связь с ним впоследствии держим по рации.

Все остальные отправляются в ночь для участия в спасательной операции… Теряем не меньше часа, бродя по примерным местам падения, чтобы просто найти Женю, Даню и Пашку. Мелкий Сашка в поиске ребят сбегал несколько раз до вершины Народной туда-обратно, прочесывая все мыслимые и немыслимые места. Наконец, место найдено - все просто в глубочайшем шоке от того пути, где мы шли. Ночью это выглядело вдвойне страшно: Сейчас вспоминая те страшные эпизоды, благодарю Бога, что больше никто не скатился по склону.

с этой горой мы еще не знакомы

Это было сделать крайне легко, особенно в условиях кромешной тьмы. Женя оставался наедине с парнями не меньше 5 часов и, для сугрева даже применил навыки выживания Беа Гриллза, нассав во фляжку и прикладывая ее по очереди Пашке с Даней. Первым делом ,Женька вколол обезболивающие.

с этой горой мы еще не знакомы

Дальше требовалось решить как будем вытаскивать парней. По мне так единственным вариантом было двигаться по горизонтали - настолько мне было страшно двигаться вверх без ледорубов. Но я явно недооценил ребят, с которыми имел честь быть в походе. Альпинисты Антон Южаков, Саня в очках, мелкий Санёк и Макс Ваганов быстро сориентировались и начали прокладывать трассу для практически вертикального подъема наверх.

В ход пошли веревки, страховки, карабины и прочие альпинистские прелести. Не говоря ничего лишнего, герои установили базу в 15 метрах выше места трагедии. Далее закрепили самого тяжело пострадавшего Даню на самодельные носилки из весел и рюкзаков. Чтобы не скатиться по склону, лопатой выдалбливали ступеньки для удобства опоры, тем самым создавая лесенку. Даже не хочу думать, как бы мы тащили ребят, не будь у нас веревок. И не будь таких здравых ребят, которые организовали подъем. Для того, чтобы поднять на самый верх, пришлось соорудить три промежуточных базы.

Каждая из них была целым произведением искусства: Все двигалось очень медленно. Ко всему прочему изрядно мешал дождь со снегом и ветром.

Временами все замирало и становилось очень тихо, лишь только стенания Дани отражались по всему склону…. Измученные, замерзшие и мокрые уже к утру вытащили Даню на носилках на гору. Нести его сразу до лагеря не представлялось возможным, поэтому на месте разбили палатку и укутали в два спальника. С Даней остался Саня в очках, а с Пашкой внизу в ущелье Саня мелкий, которому на тот момент было 19!

Не устаю восхищаться мужеством парней. Остальная часть группы побежала в лагерь переодеться и хотя бы пару часов поспать. До лагеря оставалось часа ходу по жуткому курумнику. Погода оставалась крайне мутной - было непонятно утро сейчас или день или вечер.

Стояла белая мгла с туманом. По словам Гари поднимался приличный буран, и ему пришлось бегать по всей поляне собирая оставленные вещи. В любом случае со своей задачей штабного справился отлично, успев приготовить ужин.

Поспать удалось не более двух часов. Оказалось, что это двое спасателей из Инты, которые добирались до Желанной на Вахтовке, а далее на Трэколе, предоставленном начальником базы Желанная. Спасатели только назывались спасателями.

По факту это были двое с виду обычных ребят без каких либо опознавательных знаков в резиновых сапогах. Из какого-либо вспомогательного арсенала у них были лишь походные носилки. Даже медикаментов не. Не долго думая, снова двигаем в гору. В этот раз нас было значительно меньше: Добравшись до Дани, перекладываем его уже на профессиональную носилку, которую предварительно укрепляем веслами. Даня находится в сознании и даже что-то кажется понимает, пытается говорить… Прямо ощущается, насколько ему больно и как ему хочется содрать эту повязку со лба, которая очень и очень чешется.

Нас это подстегивает нереально. На морально волевых тащим Даню вшестером, прыгая по курумникам насколько это вообще. Появляется третий спасатель, который бегал по окрестностям в поисках.

Все вместе двигаемся с Даней. На встречу попадается несколько ребят из Ярославля, которые узнав о трагедии, поднялись специально помогать. Тащить безумно тяжело, ломит кости, ноги и все.

Тем не менее темп сохраняем достаточно резвый и вот мы уже на финишной прямой на снегу. На встречу несутся Ромка с Панфером, помогая донести последние метров.

Даня попадает в руки заботливого Жени в отдельную палатку, где его полностью переодевают и подмывают. От бессилия падаю в ледяную воду озера Бублик, где просто не чувствую холода.

Настолько организм сходит с ума. Быстро темнеет и мы решаем поспать хотя бы. При этом на горе остаются мелкий Санек с Пашкой, которого еще предстоит поднимать также на носилках, используя системы, веревки… Связь с МЧС докладывает о вертолете, который планируется послать на следующий день, если распогодится. Да там и не до. Обнявшись с Пашкой Лебедевым, спим под одним спальником. Тут же в одежде лежат-сопят-храпят трое спасателей.

И это все в 2-х!

Мы еще не знакомы - Перевод на английский - примеры русский | Reverso Context

Жутко холодно, тесно, неудобно. Толком поспать не удается и только начинает светать - снова собираемся в гору за вторым потерпевшим. Мелкий Саня с Пашкой провели ночь в ущелье и находились в одиночестве уже больше суток с небольшим количеством еды и одежды.

Рядом в палатке неистово мучался от боли Даниэль, продолжая стонать в бреду. Хотя он и находился в достаточном сознании, чтобы слышать нас и отвечать на вопросы, было понятно, что его необходимо срочно транспортировать в специализированную больницу.

В очередной раз поднимаясь в гору, до боли знакомые места представали в новом свете. Наконец-таки гора Народная раскрывалась, облака уходили и перед нам представали невероятные виды. По рации из лагеря Гари передал, что погода лётная и вскоре ожидается вертолёт МЧС. У нас как отлегло - впервые за 2 жутких дня спасательной операции почувствовали некоторое облегчение: Прохождение подобным маршрутом было возможно только по причине полного отсутствия видимости - мы просто не видели по краю чего мы идем.

Судите сами по фото: Еще накануне видимость составляла не более 15 метров, поэтому никакого голубого озера и страшных оврагов внизу мы не видели, не ощущая высоту. Пашка с Саней нас просто заждались, сходя с ума от одиночества и тишины целые сутки.

Как позже рассказывал Саня, ему пришлось спать сидя на каске, чтобы не застудить попу. Прислушиваясь к каждому шороху и звуку в надежде, что мы идем за ними - у него начались чуть ли не слуховые галлюцинации, настолько там сходишь с ума от одиночества, холода, тишины и надежды.

Тем не менее виды из их ущелья открывались просто феерические, что мы в шутку подбадривали Пашку: На Пашку надели очки от солнца и он действительно даже прикайфовывал, лежа на носилках и офигевая от своего положения на склоне горы. На фото главные творцы спасательной операции Антон слеваСаша справа и мелкий Санек второй справа.

Парни, я горжусь, что знаком с вами! Для меня было полнейшим шоком, как эта троица реально бегала по склону, обмотавшись страховкой. Наверно в этом не было ничего фантастического для альпиниста, но смотрелось эффектно. После небольшого мастер-класса даже у меня стало чутка получаться.

с этой горой мы еще не знакомы

Пашку поднимали по следами предыдущего подъема Дани. Давались усилия крайне тяжело и вот здесь свежие силы 4-х спасателей действительно помогли. Также не отставал и сам Пашка, будучи прикованным ногами к носилкам, он дополнительно цеплялся руками за трос.

Подняв Пашку наверх, по рации получаем информацию о прибытии вертолета в лагерь. Это была отличная новость - значит Даня в тяжелом состоянии уже получает квалифицированную помощь. Ну а зачем летнему боливийцу, собственно, изучать великий и могучий?

Я вообще питаю страсть к изучению языков. После того как еще в школе я освоил английский, все остальные европейские языки дались мне проще: Потом я решил, что могу попытаться заговорить по-китайски — это, знаешь ли, очень полезно в современном мире. Год я провел в Китае и немного познакомился с традиционным китайским и современным китайским. По его словам, оба языка тяжелы, но каждый по-своему: Рикардо Саратовский Знаете ли вы, что столица Боливии — Сукре, президент этой страны Эво Моралес — этнический индеец, критикующий американский империализм и поощряющий выращивание коки на экспорт, и что с прошлого года у России с Боливией безвизовый режим?

Боливия хоть и не имеет выхода к морю, но отличается богатым разнообразием ландшафтов. Западная часть страны уходит в горы Анды, тогда как восточная утопает в амазонских джунглях. Есть здесь прекрасное озеро Титикака и самое крупное соленое озеро в мире Солар де Уюни. О себе Рикардо говорит, что зарабатывает на жизнь, закупая цифровую технику в Китае и поставляя её в боливийские магазины.

Доход зависит от многих условий. Бывает, предпринимателю удается сорвать хороший куш и долгое время путешествовать и заниматься саморазвитием, но иногда приходится сворачивать все свои планы и ехать домой или в Китай ради важной сделки. Рикардо по сравнению со многими своими соотечественниками хорошо образован и много путешествует.

Изучал информатику в колледже, начал получать западное философское образование, открыл для себя мудрую восточную философию, посещал кинематографические курсы и участвовал в актерской труппе. Гуляя по главным саратовским местам — парк Победы, проспект Кирова и Волжская, Набережная Космонавтов, городской парк, Рикардо живо интересовался историей и особенностями городского уклада жизни, расспрашивал, близки ли к истине бытующие стереотипы о россиянах. Как-то, рассказывает гость из Боливии, он и сам оказался в плену стереотипов.

Заиграла латинская музыка, девушки-китаянки потащили меня танцевать — я не соглашался, ведь я не любил и не умел никогда танцевать. Было так стыдно, что в Пекине я пошел и записался на уроки сальсы, а когда жил в Нижнем Новгороде — на уроки бачаты.

Теперь хоть я и танцую весьма посредственно, на вечеринках девушки видят во мне короля танцпола. Конечно, я же латино!